Фридерик Шопен. Концерт-монография

31 января 2018 года в Детской музыкальной школе прошёл концерт, посвященный творчеству польского композитора Ф. Шопена

В прекрасном исполнении лауреата Международных конкурсов Литвиновой Любови Александровны (фортепиано) прозвучали:

Скерцо си минор, которое звенело набатом, звоном меди. Слушателям вспоминались легенды о звонарях в башнях над средневековыми городами. Первые аккорды заставляли вздрагивать. Скерцо си минор с его интонационной экспрессией, бурным драматизмом, потрясающими контрастами и типичными особенностями формы — крайне яркий и выразительный отблеск переживаний и настроений Шопена после трагической развязки восстания. Замечательно и характерно тут взаимопроникание романтической балладности, с ее сказочно-демоническими образами, и впечатлений общественной реальности. Маняще-умиротворенный образ "рождественской песни" выступает и как заклятие против бесовских наваждений и как мечта о родине в изгнании.

Скерцо си-бемоль минор, можно было бы сравнить с поэмой Байрона, "настолько оно нежно, дерзко, настолько полно любви и презрения". „Это живая панорама: картины буйства, шума, слез, смеха, отчаяния с неимоверною быстротой сменяют одна другую. Невольно приходит в голову картина известного живописца Делакруа "Июльская реводюция". 

Скерцо до-диез минор, прозвучало просветленно, умиротворенно.

Скерцо ми мажор, была представлена Любовью Александровной, как увлекательная поэма быстро несущихся, то бледнеющих, то проясняющихся воспоминаний. Сначала это мелькающие отголоски родных легенд, сказаний, пейзажей. Затем печальная песнь мечтающей души. И вновь проносятся, вновь мелькают причудливые образы. А под конец безграничная нежность к родному, утраченному, и просветленный восторг душевного порыва.

Соната си минор ор. 58. Чудесное развитие спокойной, сосредоточенной, мечтательной лирики (природа восхитила душу и теперь душа само углубляется). Не осталось теперь и следа романтической наивности и юношеской восторженности: они вытравлены годами душевных страданий. Сохранилось лишь нечто нерушимое, неколебимое. Как бы тяжки ни были жизненные бури и превратности — великое счастье сознавать чистоту и ясность чувств, нерастраченных и неоскверненных!

Соната насыщена богатейшим тематическим материалом, ярким, неповторимо индивидуальным для каждой из четырех ее частей и их отдельных разделов. Но в контрастности ее образов нет тех внутренне непримиримых противоречий, которые влекли бы к яростным столкновениям, к конфликтному драматизму. Развитие лирического мира сонаты приводит не к траурному маршу и трагической опустошенности эпилога, а к ликующей, «трубной» коде финала, пронизанной горделивым пафосом утверждения жизни. Таков итог последней «симфонической» концепции композитора.

Мы можем ничего не знать о композиторе, но, слушая созданное им, и профессиональным владением инструментом исполнителя интуитивно чувствуем строй его личности. Ведь через восприятие искусства рождается первое представление о гениальном художнике. В наших музыкальных впечатлениях остается как бы автопортрет композитора: его пристрастия. темперамент, склад ума. И во всем этом пульсирует время, "дышат почва и судьба".

 

 

Статью подготовила преп. Косачева О. Л.

 

 

 

 

DSC08280.JPG

 

 

 

DSC08282_2.jpg

 

 

 

DSC08285.JPG

 

 

 

DSC08286.JPG

 

 

 

DSC08288_2.jpg

 

 

 

DSC08291_2.jpg

 

 

 

DSC08300_2.jpg

 

 

 

DSC08306.JPG

 

 

 

DSC08278.JPG

10 февраля 2018